Хронология творчества
Иосифа Бродского
1961
Романс Современная песня Июльское интермеццо Августовские любовники Рождественский романс Проплывают облака Я как Улисс «Бессмертия у смерти не прошу...» «В деревне никто не сходит с ума...» В темноте у окна Петербургский роман «Приходит время сожалений...» «Зачем опять меняемся местами...» «Теперь я уезжаю из Москвы...» Наступает весна «Приходит март. Я сызнова служу...» В письме на Юг Стук Памяти Е. А. Баратынского «Затем, чтоб пустым разговорцем...» Витезслав Незвал «Уезжай, уезжай, уезжай...» Посвящение Глебу Горбовскому Сонет («Мы снова проживаем у залива...») «Мне говорят, что нужно уезжать...» «Воротишься на родину. Ну что ж...» «Люби проездом родину друзей...» Пьеса с двумя паузами для сакс-баритона Васильевский остров «Одинокий проходит в переулке притихшем...» Три главы Упражнение в конформизме «Нет, Филомена, прости;...» Самому себе Шествие Гость
1962
Свадебные стихи «...Мой голос, торопливый и неясный...» Письмо к А. Д. Сонет («Прошёл январь за окнами тюрьмы...») «Я обнял эти плечи и взглянул...» «Прошёл сквозь монастырский сад...» Стансы городу «Ни тоски, ни любви, ни печали...» Диалог Инструкция опечаленным «Под вечер он видит, застывши в дверях...» А. А. Ахматовой «За церквами, садами, театрами...» Явление стиха «Утренняя почта для А. А. Ахматовой из города Сестрорецка» «В тот вечер возле нашего огня...» Дорогому Д. Б. Отрывок «Всё чуждо в доме новому жильцу...» «Пограничной водой наливается куст...» «Я шёл сквозь рощу, думая о том...» «Откуда к нам пришла зима...» «Топилась печь. Огонь дрожал во тьме...» «Уже три месяца подряд...» «Когда подойдёт к изголовью...» Загадка ангелу Крик в Шереметьево «Я памятник воздвиг себе иной!...» «Мы вышли с почты прямо на канал...» На титульном листе «Огонь, ты слышишь, начал угасать...» «Они вдвоём глядят в соседний сад...» От окраины к центру Притча Сонет («Я снова слышу голос твой тоскливый...») «Ты поскачешь во мраке, по бескрайним холодным холмам...» «Не то Вам говорю, не то...» «Что ветру говорят кусты...» «Стог сена и загон овечий...» Стекло В семейный альбом «Вдоль тёмно-жёлтых квартир...» «Чёрные города...» Холмы Ex Oriente «В шесть часов под Новый год...» Кот Самсон Слон и Маруська Баллада о маленьком буксире «Эстонские деревья озабоченно...» Ночной полёт Зофья Сонет («Великий Гектор стрелами убит...»)
1964
Новый год на Канатчиковой даче «Садовник в ватнике, как дрозд...» «Ветер оставил лес...» Обоз Песни счастливой зимы Рождество 1963 года Письма к стене «Нет, Филомела, прости:...» Воронья песня Инструкция заключённому «В феврале далеко до весны...» «В одиночке желание спать...» Перед прогулкой по камере С грустью и нежностью «Сжимающий пайку изгнанья...» Иллюстрация В распутицу Развивая Крылова Малиновка «Ночь. Камера. Волчок...» «Колючей проволоки лира...» Для школьного возраста «Звезда блестит, но ты далека...» «Забор пронзил подмёрзший наст...» «В деревне, затерявшейся в лесах...» К Северному краю Отрывок «Твой локон не свивается в кольцо...» «К семейному альбому прикоснись...» «Не знает небесный снаряд...» «Дни бегут надо мной...» «Дом тучами придавлен до земли...» Сонетик Настеньке Томашевской «Как тюремный засов...» «Колесник умер, бондарь...» «Отскакивает мгла...» «Осенью из гнезда...» «А. Буров — тракторист — и я...» Румянцевой победам Сонет («Прислушиваясь к грозным голосам...») Псковский реестр Новые стансы к Августе Орфей и Артемида Гвоздика «Деревья в моём окне, в деревянном окне...» «Тебе, когда мой голос отзвучит...» Письмо в бутылке (Entertainment for Mary) «Оставив простодушного скупца...» «Всё дальше от твоей страны...» «Сокол ясный, головы...» «Брожу в редеющем лесу...» На отъезд гостя Северная почта Сонет («Ты, Муза, недоверчива к любви...») Колыбельная («Зимний вечер лампу жжёт...») Песня «Он знал, что эта боль в плече...» Отрывок Отрывок «Пришла зима, и все, кто мог лететь...» Народ Настеньке Томашевской в Крым «Смотритель лесов, болот...» Услышу и отзовусь Сонет («Выбрасывая на берег словарь...») Прощальная ода Чаша со змейкою Einem alten Architekten in Rom
Я делаю из себя человека
  • 1957
  • 1958
  • 1959
  • 1960
  • 1961
  • 1962
В северной деревне
  • 1963
  • 1964
  • 1965
Конец прекрасной эпохи
  • 1966
  • 1967
  • 1968
  • 1969
  • 196*
  • 1970
  • 1971
Продолжение пространства
  • 1972
  • 1973
  • 1974
  • 1975
  • 1976
Американский гражданин
  • 1977
  • 1978
  • 1980
  • 1981
  • 1982
  • 1983
  • 1984
  • 1985
  • 1986
Развалины геометрии
  • 1987
  • 1988
  • 1989
  • 1990
  • 1991
  • 1992
  • 1993
  • 1994
  • 1995
  • 1996

Пятая годовщина (4 июня 1977)

Падучая звезда, тем паче — астероид
на резкость без труда твой праздный взгляд настроит.
Взгляни, взгляни туда, куда смотреть не стоит.

                              * * *

Там хмурые леса стоят в своей рванине.
Уйдя из точки «А», там поезд на равнине
стремится в точку «Б». Которой нет в помине.

Начала и концы там жизнь от взора прячет.
Покойник там незрим, как тот, кто только зачат.
Иначе среди птиц. Но птицы мало значат.

Там в сумерках рояль бренчит в висках бемолью.
Пиджак, вися в шкафу, там поедаем молью.
Оцепеневший дуб кивает лукоморью.

                              * * *

Там лужа во дворе, как площадь двух Америк.
Там одиночка-мать вывозит дочку в скверик.
Неугомонный Терек там ищет третий берег.

Там дедушку в упор рассматривает внучек.
И к звёздам до сих пор там запускают жучек
плюс офицеров, чьих не осознать получек.

Там зелень щавеля смущает зелень лука.
Жужжание пчелы там главный принцип звука.
Там копия, щадя оригинал, безрука.

                              * * *

Зимой в пустых садах трубят гипербореи,
и рёбер больше там у пыльной батареи
в подъездах, чем у дам. И вообще быстрее

нащупывает их рукой замёрзшей странник.
Там, наливая чай, ломают зуб о пряник.
Там мучает охранник во сне штыка трёхгранник.

От дождевой струи там плохо спичке серной.
Там говорят «свои» в дверях с усмешкой скверной.
У рыбьей чешуи в воде там цвет консервный.

                              * * *

Там при словах «я за» течёт со щёк извёстка.
Там в церкви образа коптит свеча из воска.
Порой даёт раза соседним странам войско.

Там пышная сирень бушует в палисаде.
Пивная цельный день лежит в глухой осаде.
Там тот, кто впереди, похож на тех, кто сзади.

Там в воздухе висят обрывки старых арий.
Пшеница перешла, покинув герб, в гербарий.
В лесах полно куниц и прочих ценных тварей.

                              * * *

Там, лежучи плашмя на рядовой холстине,
отбрасываешь тень, как пальма в Палестине.
Особенно — во сне. И, на манер пустыни,

там сахарный песок пересекаем мухой.
Там города стоят, как двинутые рюхой,
и карта мира там замещена пеструхой,

мычащей на бугре. Там схож закат с порезом.
Там вдалеке завод дымит, гремит железом,
не нужным никому: ни пьяным, ни тверезым.

                              * * *

Там слышен крик совы, ей отвечает филин.
Овацию листвы унять там вождь бессилен.
Простую мысль, увы, пугает вид извилин.

Там украшают флаг, обнявшись, серп и молот.
Но в стенку гвоздь не вбит и огород не полот.
Там, грубо говоря, великий план запорот.

Других примет там нет — загадок, тайн, диковин.
Пейзаж лишён примет и горизонт неровен.
Там в моде серый цвет — цвет времени и брёвен.

                              * * *

Я вырос в тех краях. Я говорил «закурим»
их лучшему певцу. Был содержимым тюрем.
Привык к свинцу небес и к айвазовским бурям.

Там, думал, и умру — от скуки, от испуга.
Когда не от руки, так на руках у друга.
Видать, не рассчитал. Как квадратуру круга.

Видать, не рассчитал. Зане в театре задник
важнее, чем актёр. Простор важней, чем всадник.
Передних ног простор не отличит от задних.

                              * * *

Теперь меня там нет. Означенной пропаже
дивятся, может быть, лишь вазы в Эрмитаже.
Отсутствие моё большой дыры в пейзаже

не сделало; пустяк: дыра, — но небольшая.
Её затянут мох или пучки лишая,
гармонии тонов и проч. не нарушая.

Теперь меня там нет. Об этом думать странно.
Но было бы чудней изображать барана,
дрожать, но раздражать на склоне дней тирана,

                              * * *

паясничать. Ну что ж! на всё свои законы:
я не любил жлобства, не целовал иконы,
и на одном мосту чугунный лик Горгоны

казался в тех краях мне самым честным ликом.
Зато столкнувшись с ним теперь, в его великом
варьянте, я своим не подавился криком

и не окаменел. Я слышу Музы лепет.
Я чувствую нутром, как Парка нитку треплет:
мой углекислый вздох пока что в вышних терпят,

                              * * *

и без костей язык, до внятных звуков лаком,
судьбу благодарит кириллицыным знаком.
На то она — судьба, чтоб понимать на всяком

наречьи. Предо мной — пространство в чистом виде.
В нём места нет столпу, фонтану, пирамиде.
В нём, судя по всему, я не нуждаюсь в гиде.

Скрипи, моё перо, мой коготок, мой посох.
Не подгоняй сих строк: забуксовав в отбросах,
эпоха на колёсах нас не догонит, босых.

                              * * *

Мне нечего сказать ни греку, ни варягу.
Зане не знаю я, в какую землю лягу.
Скрипи, скрипи, перо! переводи бумагу.
Alt + ↑
Alt + ↓
Esc
По твоему запросу ничего не найдено. Попробуй изменить его!